Социолог — о том, почему массовые обыски в штабах Навального не привлекли много внимания | СВЕЖИЕ НОВОСТИ

Социолог — о том, почему массовые обыски в штабах Навального не привлекли много внимания

«В России люди отстранены от политики, считают ее опасным и аморальным делом»

В четверг, 12 сентября, в штабах Алексея Навального по всей России прошли обыски — силовики пришли в квартиры и офисы около 150 человек более чем в сорока городах в рамках уголовного дела об отмывании средств. Это первые подобные массовые действия силовиков против региональной сети штабов Навального, причем допрашивались и обыскивались не только сами сотрудники, но и их родственники, в том числе престарелые родители. При этом в соцсетях довольно скупо обсуждали разгром региональной сети. Znak.com поговорил с гендиректором фонда «Социум» Александром Долгановым о том, почему россияне, в том числе оппозиционно настроенные, мало заинтересовались этой темой. 

— Дело в том, что после московских протестов (за честные выборы) появились люди, которые получили реальные сроки, они отдуваются серьезно за все, что произошло, стали невинными жертвами, хотя реально не совершили ничего противозаконного. В этом ряду ситуация с обысками в штабах Навального наблюдателям, возможно, не кажется столь тяжелой. 

Людей, которые сильно возмущены репрессиями относительно Навального и сотрудников его штабов в разных городах России, на самом деле не очень много. Это число соотносимо с количеством его сторонников, которое, по всем социологическим опросам, находится в пределах нескольких процентов. Это достаточно незначительная часть населения России в целом. Наверное, поэтому и реакция общества такая слабая.

Конечно, у Навального есть сторонники, они ему преданы, но им очень тяжело. Навальный все-таки сильно дискредитирован средствами пропаганды в глазах людей. Его как только не называют, самое примитивное: «агент ЦРУ», «агент Моссада» и так далее. Даже в сфере политологии, социологии знаю коллег, которые в этом убеждены, что уж говорить об обывателях, на которых постоянно действуют пропагандистские фильмы и издевательские репортажи. Население, лишенное объективного представления о внутренней и внешней политике, ест эти версии и верит им. Поэтому широкие народные массы относятся к Навальному, мягко говоря, с подозрением. 

Кроме того, у Навального есть особенность. Поскольку он человек, как кажется, с авторитарной жилкой, он не ставит задачи широких союзов с другими видными оппозиционерами, полагается на себя, действует самостоятельно. Так как у него очень принципиальная позиция и люди с близкими ему взглядами, но готовые договариваться с властью (вспомним хотя бы историю с Нютой Федермессер), критикуются им в определенных политических ситуациях, — это тоже не вызывает большой поддержки и зачастую подвергается критике со стороны оппозиционеров. Ему приписывают авторитаризм. 

Социолог — о том, почему массовые обыски в штабах Навального не привлекли много вниманияАлександр ДолгановЯромир Романов

Расследования ФБК смотрят десятки миллионов людей. По идее, это должно добавлять сторонников, но люди с интересом это смотрят, делают для себя выводы, но, я думаю, что у подавляющего большинства вывод такой: «Плетью обуха не перешибешь, все воруют, мы еще раз в этом убедились. Но мы никак повлиять на это не можем». Кто-то считает, что Навальный делает свои расследования на чьих-то сливах, что он просто игрушка в руках разных кланов. Но сама структура и содержание его расследований показывают, что строятся они на открытой информации и дополнительные сливы особо не нужны. 

Наверное, идя на компромиссы и создавая союзы, может быть, Навальный добивался бы больших успехов.

А может, и нет. Владимир Ленин тоже по большей части в своих трудах критиковал тех, кто мог быть его союзником, гораздо жестче, чем царское правительство. История показывает, что такая жесткая позиция и пренебрежение союзами возможны и в революции к победе первым пришел все-таки Владимир Ильич. 

— Еще несколько месяцев назад жители России очень активно интересовались уголовным делом против журналиста Ивана Голунова. Хочется понять, в чем разница между ним и сотрудниками штабов Навального и их родственниками, которые вообще ни при чем. Почему первого все готовы поддерживать, а вторых — нет? Может быть такое, что обыски у сотрудников Навального воспринимают как «издержки их профессии»?

— Политика как сфера деятельности, сфера применения человеческих сил, профессия, очень сильно дискредитирована. Это делается давно и сознательно. Политик — человек, по определению борющийся за власть, стремящийся к ней. Он может бороться в рамках закона, ненасильственными методами, неважно. Занятие политикой даже рамках закона в нашем обществе считается чем-то неприличным. Политика становится сферой, от которой люди стараются держаться подальше, а политиков считают выскочками или безумцами, хотя на самом деле оппозиционный политик — это совершенно нормальное явление в любом нормальном демократическом обществе. 

В демократической стране, если какая-то партия или группировка стоит у власти, это значит, что пока она успешна, за нее голосуют. Как только она начинает совершать ошибки или прежние успехи исчезают, им на смену приходят оппозиционная партия или политики, и ничего в этом страшного нет. Эти политики начинают решать проблемы, созданные предыдущей политической силой. Если они это делают успешно, то переизбираются, если нет — то смещаются. Это позволяет обществу быть здоровым. 

Сам этот процесс в нашей стране дискредитирован. Оппозиционные политики считаются врагами, хотя это патриоты, которые желают добра своей стране, просто считают, что оно должно достигаться другими методами. Официальный патриотизм сведен к публичному обожанию власти. А за что ее обожать? Эта власть в демократической стране давно бы была сметена на выборах, потому что шесть лет понижения жизненного уровня основной массы населения — это слишком много, чтобы за этих политиков продолжали голосовать. Но у нас все устроено так, что они и на выборах обречены на победу и даже мысль о том, что власть может быть другой, считается неприличной и враждебной. 

Поэтому люди отстранены от политики, не увлечены ею, считают политику опасным, ненужным, аморальным делом.

Поэтому любой человек, который заявляет о том, что он в политической борьбе с «партией власти» хочет завоевать симпатии избирателей и на выборах привести к рулю людей с иными взглядами на правильное политическое и социально-экономическое устройство страны, оказывается негодяем. В этом отличие Навального от Голунова. Иван Голунов — профессиональный журналист, хотя его расследования мало кто читал до этого. Но всем было понятно, что это не политик, он не заявлял, в отличие от Навального, о претензиях на власть. Молодой парень пострадал ни за что, чуть не получил реальный срок — людей взволновало это, да и журналисты умело усилили ситуацию общественного возмущения, вступившись за коллегу. 

— Может быть такое, что какая-то часть людей просто боится публично выражать поддержку Навальному?

— Конечно, боится, а как не бояться. События в Москве показали, что власть играть перестала и больше не шутит, а разбирается всерьез и жестко. В определенном смысле террор — достаточно эффективное средство, чтобы запугать, с такими методами можно удерживать власть в своих руках довольно эффективно и долго.


Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*